Promethean как зеркало средневековой алхимии

Автор: Vorol_eril

О “двойном дне” Promethean: the Created знатоки сеттинга говорили давно. Помимо трансцендентальных мотивов и гуманистических взглядов, лежащих в основе игры, материалы по сеттингу выявляют чёткую связь с традицией средневековой алхимии. Более того, логическое ударение на существовании этой связи сделано уже в самом начале основной книги правил: “Говоря простым языком, Прометид - игра в жанре хоррор, окрашенная элементами средневековой алхимии, древних мифов и современного оккультизма.8 Однако насколько тесно переплетаются средневековая алхимия и игровая вселенная? Очевидно, что множество игровых терминов, применяющихся игроками и даже самими протагонистами, восходят к аналогичным понятиям традиционной алхимии. Но можно ли утверждать, что они используются исключительно для создания настроения? Или эти термины – напрямую или в косвенной форме – действительно отражают концепции герметической науки?

Данная работа не претендует на срыв покровов с истоков Promethean: the Created. Тем не менее, сделав эту необходимую оговорку, мы не можем не подчеркнуть, что привлечение алхимических образов представляется нам не только уместным, но даже необходимым для лучшего понимания мира игры. Статья предлагает взгляд на PtC через призму алхимической традиции. Такой подход поможет Рассказчику повысить многоплановость своей хроники, а игроку - глубже погрузиться в Паломничество своего персонажа.

Подобно классическим трудам по алхимии, эта статья включает множество цитат из работ знаменитых последователей герметического учения. Цитировать мастеров прошлого при анализе любых источников, связанных с алхимической символикой (барельефы, витражи, гравюры, аллегорические поэмы), считалось и признаком достоверности, и хорошим тоном. В настоящей статье подавляющее большинство цитат восходят к трудам Фулканелли. Связано это главным образом с тем, что именно он, по всей видимости, стал последним адептом алхимии в новейшей истории, а его тексты можно с уверенностью назвать самыми близкими и понятными современному человеку.

Для начала необходимо прояснить, чем на самом деле была средневековая алхимия. Производство золота, вопреки устоявшемуся стереотипу, не было главной целью этой науки. В действительности, усилия алхимиков были направлены на получение власти над сутью жизни, обретение бессмертия и всеобщего знания. Алхимики считали, что первопричиной любой жизни является Тайный Огонь -  проявление то ли божественной воли, то ли космического принципа. Сущность алхимии сводилась к искусству уловить этот огонь и заточить его в материальное тело. Вещество, способное заточить внутри себя Тайный Огонь, назвали Меркурием Мудрецов или Небесной Солью, и его было очень трудно получить. Материал, из которого его производили, держался в большом секрете, поэтому исходную материю Великого Делания зачастую называли просто Первоматерией. Оба вещества имели сотни названий даже помимо указанных. Некоторые из таких названий будут рассмотрены нами далее. Результатом заточения Тайного Огня в темницу Меркурия Мудрецов и был Философский Камень. Как таковой философский камень не производил трансмутации - он был просто сосудом, содержащим силу Тайного Огня. Для того, чтобы камень получил способность превращать одни металлы в другие, существовала специальная процедура - «Пигментация» или «Окрашивание».

«И наконец, подвергнув твёрдое универсальное снадобье ферментации путём непосредственного плавления вместе с очень чистым золотом или серебром, вы получите проекционный порошок (Poudre de projection), третью форму камня. Это полупрозрачная красная или белая, в зависимости от металла, масса пригодна лишь для трансмутации. Проекционный порошок предназначен для целенаправленного воздействия на минеральное царство. На два других царства он никак не влияет.»

Фулканелли "Философские Обители"2

Чистый Камень, не подвергнутый пигментации, принимали как лекарство, кроме того, считается, что он даёт бессмертие.

«Это снадобье возвращает слух глухим, зрение слепым, речь немым, излечивает хромоту; оно способно полностью обновить человека, заменить ему кожу, старые зубы, ногти, заменить седые волосы на новые...».

"Ключ к Великому Деланию, или письма жителя Турени Сансельрьена."2

Если верить старым мастерам, камень также даёт превосходные результаты применительно к растительному миру, особенно к плодовым деревьям. Полив весной землю возле корней сильно разбавленным в дождевой воде раствором эликсира, можно придать деревьям устойчивость к разного рода пагубным воздействиям. При этом увеличивается урожай, плоды становятся крупнее и вкуснее. Батсдорф даже брался посредством этого камня выращивать в северных широтах экзотические растения:

«Если этим раствором поливать какое-нибудь прихотливое растение, для которого непривычен наш климат, оно окрепнет так, словно природа создала его специально для наших краёв».

Батсдорф. "Нить Ариадны для безопасного путешествия по лабиринту герметической философии."2

 

Божественный Огонь

Божественный Огонь - ключевое понятие как PtC, так и алхимии. В первом случае он даёт жизнь Прометиду, во втором - Философскому камню.

Разберем самое лаконичное, на наш взгляд, описание Великого Делания:

"Уловите солнечный луч, придайте ему субстанциональную форму, напитайте этот воплотившийся духовный огонь огнём стихийным, и вы получите самое большое сокровище в мире."

Фулканелли "Философские Обители"2

Если мы переведём вышесказанное на язык сеттинга, взяв в качестве примера процесс создания Прометидом себе подобного, то получим воплощение творящей грани принципа (Эльписа) в материальную форму Азота с помощью стихийного огня (Пироса).

И в алхимии, и в PtC Тайный Огонь обладает множеством имён в зависимости от того, как и зачем его используют.

Термин Азот используется и в сеттинге, и в классической алхимии. В классической алхимии он являлся прямым синонимом Меркурия Мудрецов — т.е. материальным воплощением Тайного Огня. Считалось, что кроме источника Тайного Огня и собственно сосуда для него - Меркурия Мудрецов или Азота - для делания больше ничего не нужно. Сохранилось даже изречение “Azoth et ignis tibi sufficiunt” (лат. Тебе достаточно Азота и огня).

В сеттинге этот символ обозначает коагулированный и очищенный Пирос, не обладающий материальной формой. Однако концепции схожи: и в одном, и в другом случае этот термин символизирует концентрированный Тайный Огонь.

Флюкс - деструктивное начало огня. Прямого аналога его в алхимии нет, хотя опосредовано о нём часто упоминают, когда речь идёт о первой фазе делания — Нигредо, в ходе которой необходимо разрушить Первоматерию делания перед тем, как превратить её в философский камень. Считается, что ничто не может разрушить Первоматерию до нужного состояния, кроме Алкагеста - универсального растворителя. Алкагест рассматривается как один из аспектов того же Тайного Огня, который стоит вообще за всеми манипуляциями алхимии, только не в животворящей, а в разрушающей ипостаси.

«Знай же, что я спустился с заоблачных высот сюда, в пещеры земли, где нахожу себе пропитание. Однако желаю я лишь одного: вернуться на родину, а для этого ты должен меня убить, а потом воскресить, причём воскресить тем же оружием, каким убить»

Жак Тессон "Зеленый лев"2

Во время прохождения вех Прометид, стремящийся к обретению человечности, награждается Витриолью — особой разновидностью очков опыта, позволяющей развивать тематические характеристики персонажей наподобие Человечности и Азота. В отличие от обычного опыта, Витриоль является алхимическим растворителем, вырабатывающимся в теле протагонистов и на физическом уровне. Это качество позволяет Созданным трансформировать с её помощью некоторые элементы своего организма, хотя физическое происхождение Витриоли делает возможным и её похищение.

В алхимии Витриоль — синоним Меркурия Мудрецов, напитанного Тайным Огнем. Это уже почти сформированный философский камень – остаётся лишь провести операцию «мультипликации», чтобы усилить его и довести до совершенства.

«… приводим все те сведения, которые помогают найти таинственный агент Великого Делания <...> Эта легенда содержит аллегорическое описание работы, которую должен выполнить алхимик, чтобы из неочищенного минерала извлечь живой светоносный дух — заключённый в ней тайный огонь в виде полупрозрачного, плавкого, как воск (cire), кристалла, который Мудрецы называют своим витриолом.»

Фулканелли "Философские Обители"2

Используя Витриоль, Прометид может создать Атанор - внутреннюю печь, позволяющую трансформировать Витриоль в субстанцию, способную пережить обретение Смертности его хозяином. Атанор — алхимическая печь, хотя, разумеется, Прометид не в буквальном смысле строит внутри себя печь. Тем не менее, в связи с этим стоит отметить, что и алхимический Атанор не быль печью из глины и камня. В алхимии Атанор служил очередным синонимом Меркурия Мудрецов. Способность же Атанора оставаться с Созданным даже после обретения Смертности, по всей видимости, восходит к греческому значению этого слова.

«Однако атанор — обиталище таинственного огня — устройство не такое простое. <...> Единственный и истинный атанор (от греческого Άθάνατος — обновляющий и никогда не умирающий) для нас — это сама материя, носительница природного и тайного огня (feu naturel et secret), неуничтожимой причины всех наших процессов.»

Фулканелли "Философские Обители"2

Золотая Цепь Гомера

В соответствии с сеттингом, для достижения Смертности Прометид должен создать другого представителя своего вида, т.е. по этой логике Прометиды всегда будут ходить по земле. Согласно герметической легенде, линия мастеров, или так называемая «Золотая цепь Гомера», никогда не прерывается, иначе существование человечества может оказаться под угрозой. Существуют даже предостережения апокалиптического характера относительно последствий нарушения этой традиции (см. "Тайны соборов и пророчество великого Андайского креста", Вaйднер Дж.). Нигде прямо не говорится о том, какова миссия алхимического знания в глобальном плане, но можно предположить, что её основная задача -  в поддержании циркуляции Тайного Огня в природе.

Одиночество

Один из наиболее видных алхимиков XIII века, святой Альберт Великий, в начале своего трактата «De alchimia» («Об алхимии») дает ряд советов ученикам и последователям, желающим трудиться над реализацией Великого Делания. При этом он тесно связывает свои  рекомендации с указаниями чисто бытового порядка:

«Алхимик должен обитать вдали от людей, в собственном доме, в котором должны быть две или три комнаты, предназначенные исключительно для занятий сублимацией, растворением и дистилляцией.

Алхимик должен быть молчаливым и скромным. Он не должен никому открывать результаты своих операций. Он должен жить в уединении, вдали от людей.»6

Алхимики были одиночками и мало с кем могли поделиться своими открытиями или переживаниями, ибо рисковали не только подвергнуться осмеянию, но и отправиться на костёр за колдовство либо привлечь ненужное внимание власть имущих к своим занятиям. Даже призрачного шанса получить возможность делать золото из свинца было для местных феодалов достаточным поводом, чтобы заточить алхимика в казематы до конца дней. Тому есть немало примеров в истории.

Поэтому стоит признать логичным, что тема одиночества перекочевала из исторических реалий в сеттинг игры, хотя в PtC подобный мотив имеет другие причины. Об одной из них далее.

Отторжение

Любой человек чувствует к Прометидам глубокое, инстинктивное отвращение. Этот эффект, известный как Отторжение, является психологической реакцией на Прометидов как на живое осквернение мира.

У данного явления тоже можно найти алхимические корни. Хотя истинная природа Первоматерии нигде не называется алхимиками напрямую, все они утверждают, что это распространённое, всем известное вещество. Просто люди не знают его истинной силы и презирают его, потому что оно бесполезно в быту. Из-за этого Первоматерию в аллегорических алхимических текстах часто изображают в виде какого-нибудь непритязательного образа — черной каменистой почвы, грязных лохмотьев или чего-нибудь менее лицеприятного. В своей книге «Философские обители» Фулканелли проводит анализ некоторых кессонов замка в Дампьер-сюр-Бутонн, снабжённых алхимической символикой. Один из них имеет к обсуждаемой теме непосредственное отношение.

«Рогатый мохнатый стрейг (stryge) с перепончатыми жилковатыми и острыми крыльями присел на корточки. Руки и ноги у него с когтями. <...>

Дьявольская фигура, чья материальная грубость противостоит духовному началу, — иероглиф первичной минеральной субстанции, какой её добывают из-под земли. В Нотр-Дам де Пари эта субстанция была некогда представлена в виде сатаны, и верующие в знак презрения и отвращения гасили в его разверстой пасти свечи. …

Надо признать, что этот злосчастный субъект обижен от природы, недаром его олицетворяют безобразные чудовища: дракон, змей, вампир, дьявол, тараска. Вид у него и впрямь малопривлекательный. Чёрный, в чешуйках, зачастую покрытый красными точками или рыхлым блекло-жёлтым слоем, с сильным тошнотворным запахом, который Философы называют toxicum и venenum, он пачкает руки и вообще как бы совмещает в себе всё самое омерзительное. Однако этот презираемый невеждами изначальный субъект Мудрецов (sujet des sages) — единственный источник небесной воды (eau céleste), наш первый меркурий (notre premier mercure) и великий алкагест (Alkaest).»2

Зэка

Зэка — чудовищные отродья «Атомного Прометида», долгое время считавшегося легендой среди представителей остальных Наследий. Их постоянно преследуют боль, дискомфорт, тошнота и другие признаки радиационного отравления, а Отторжение, источаемое их телами, несёт в себе следы радиационного излучения, способного превратить даже самый цветущий уголок природы в радиоактивную пустошь.

Относительно Зэка приведём следующую историю:

«В 1937 г., однажды в июне, Жак Бержье решил, что имеет полное основание думать, что перед ним сам Фулканелли.

По просьбе Гейльброннера мой Друг встретился с таинственным лицом в прозаической обстановке опытной лаборатории Парижского газового Общества. Вот точное содержание разговора: «Г-н Гейльброннер, чьим ассистентом вы, я думаю, являетесь, занимается поисками ядерной энергии. Г-ну Гейльброннеру было угодно держать меня в курсе некоторых полученных им результатов, в частности — появления радиоактивности, вызванной полонием, когда висмутовая проволока улетучилась от электрического разряда в дейтерии под высоким давлением. Вы очень близки к успеху, как, впрочем, и некоторые другие современные ученые. Будет ли мне позволено вас предостеречь? Работы, которыми занимаетесь вы и вам подобные, ужасающе опасны, опасны для всего человечества. Добиться высвобождения ядерной энергии легче, чем вы думаете. И искусственная радиоактивность, вызванная этим, может за несколько лет отравить атмосферу всей планеты. Кроме того, атомные взрывчатые вещества, которые можно извлечь всего из нескольких граммов металла, способны уничтожить целые города. Я вам говорю прямо: алхимики знают это уже давно».

Бержье пытался прервать его возражениями. Алхимики — и современная физика! Он уже отпустил было саркастическое замечание, но хозяин перебил его: «Я знаю, что вы мне скажете, но это неинтересно: алхимики, мол, не знали структуры ядра, не знали электричества, не знали никакого способа его обнаружения, поэтому они не могли совершить никакого превращения, никогда не могли высвободить атомную энергию… Позволю себе без доказательства просто сообщить вам, как я это говорил уже г-ну Гейльброннеру: геометрического расположения сверхчистых веществ достаточно для того, чтобы развязать атомные силы без использования электричества и техники вакуума.».

Луи Повель. Жак Бержье. Утро магов4

Паломничество

Паломничество - также очень важный символ в алхимии. Наиболее известна, вероятно, исторя Николаса Фламеля. Далее в сокращённом виде приведена легенда об этом алхимике по изложению Глеба Бутузова1.

Фламель был простым переписчиком книг, пока в один из дней 1357 года по цене два флорина им не была приобретена красивая старинная книга, написанная не на бумаге или пергаменте, а на чём-то очень плотном, напоминавшем кору молодого дерева. На первой странице её значилось: «Авраам Еврей, принц, священник, левит, астролог, и философ, приветствует еврейский народ, гневом божьим рассеянный среди галлов». Книга содержала прекрасные цветные иллюстрации и текст на латыни, а также слова на «неизвестном древнем языке», который Фламель принял за греческий, хотя, скорее всего, это был иврит. Николя был столь заинтригован, что день и ночь проводил за изучением этого труда. Несмотря на то, что, казалось бы, Фламель уже начал разгадывать смысл некоторых символических иллюстраций и понимать их суть, он нигде не находил намека на то, с какой же материей изначально следует работать; что немудрено, ведь адепты алхимии никогда прямо не называли вещество, заключающее в себе главную герметическую тайну.

В лаборатории, которую Фламель оборудовал в подвале своего дома, исследователь безрезультатно провёл двадцать один год. В конце концов, в шестьдесят с лишним лет, Фламель вернулся туда, откуда начинал. Но алхимик не пал духом, а решил предпринять довольно серьёзный шаг. Он задумал отправиться в паломничество в Испанию, в город Святого Иакова, на покровительство которого всегда рассчитывал, и там, среди множества синагог, найти иудея духовного звания, который разъяснит ему истинный смысл книги Авраама.

Галисийский город Сантьяго-де-Компостела был одним из важнейших пунктов паломничества последователей католической религии начиная с IX века, когда вблизи него обнаружили останки, приписываемые Святому апостолу Иакову. В 1128 году там была заложен собор Святого Иакова, в котором находилась могила с захороненными в ней мощами, предположительно принадлежащими великому апостолу; поездка Фламеля не являлась чем-либо экстраординарным, она скорее соответствовала репутации набожного человека, закрепившейся за Фламелем. Он благополучно завершает паломничество молитвой в соборе, и начинает долгий обратный путь — не найдя, как собирался, знающего иудея в синагогах Сантьяго. На обратном пути он останавливается в кастильском городе Леоне, где встречает Мэтра Канчеса, радость которого при известии о том, что книга Авраама Еврея найдена, не знает пределов. Это именно тот человек, который нужен Фламелю; удовлетворившись сообщением, что книга находится у Фламеля дома, в Париже, господин Канчес немедленно отправляется в месте с ним во Францию, по дороге разъясняя все загадки манускрипта внимающему ему Николя. Но на подъезде к Парижу Мэтра постигает несчастье — рвота, явившаяся следствием морской болезни, не только не оставила его, но еще усилилась, и Канчес, не вставая с постели в Орлеанской гостинице, умирает на руках Фламеля — перед смертью успев рассказать ему все секреты Великого Делания. Похоронив компаньона Николя благополучно добирается до Парижа.

Так, и Раймунд Луллий, также известный алхимик, утверждал, что в 1267 г. в возрасте тридцати двух лет он совершил паломничество в Сантьяго-де-Компостелу. Василий Валентин заканчивает свою первую книгу, служащую вступлением к Двенадцати ключам, краткой повестью о посещении Олимпа. В ней боги, начиная с Сатурна, объясняют, каким образом каждый из них влияет на ход Великого Делания.

В своих рассказах о путешествиях алхимики в аллегорической форме рассказывали о стадиях Магистерия, скрывая таким образом информацию от непосвященных. На это намекает даже само название города Компостела: лат. compos — получивший, обладающий и stella — звезда.

Символы

Хотя культура Созданных и носит устный характер, она успела породить свой письменный язык. Этот язык состоит из символов, которые постоянно используются в ходе Паломничества для передачи простых идей - во многом подобно знакам американских бродяг, которые оставляли для других небольшие заметки, рассказывающие о положении дел в округе. Каждый символ передавал совершенно конкретное сообщение: "Подходящее место для отдыха", “Этот человек вас накормит", "Не заходите сюда" или "Будьте поаккуратнее с копами".

Как написано в основной книге правил, большинство паломнических меток напоминают аналогичные символы средневековых алхимиков. Судя по тем рисункам, которые  приведены в качестве примеров, Созданные используют не столько алхимические символы, сколько знаки, сохраняющие подобную стилистику. Тем не менее, в некоторых случаях можно провести и прямые параллели, как в случае с подобием символов Богатства Созданных и Серебра алхимиков.

Ниже слева приведены символы из корбука, а справа - наиболее близкие алхимические.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Литература:

1.   Глеб Бутузов предисловие к книге Никола Фламель Алхимия СПБ., 2001 "Фламель, алхимия и колесо истории"

2.   Фулканелли. Философские обители Пер. с франц., вступ. ст., коммент. В. Каспарова. Энигма, 2003.

3.   «Тайны соборов и пророчество великого Андайского креста» Джэй Вайднер, Винсент Бриджес, «Эксмо», 2005 г

4.   Луи Повель. Жак Бержье. Утро магов Пер. с фр. - К.: "София", Ltd. 1994

5.   Тайные символы алхимии, фармацевтики и астрологии средних веков Г. В. Гессманн Пер. с нем. - К.: "Port-Royal", 2007.

6.   «Повседневная жизнь алхимиков в Средние века» Серж Ютен, «Молодая гвардия», 2005

7.   http://ru.wikipedia.org/wiki/Promethean:_The_Created

8.   http://wod.su/node/1543